Юрий Кирпичев: Антипатия королевы Виктории: что она не смогла простить России

Будучи автором довольно известных военно-морских штудий, отослал в журнал «Гангут» очередную статью – о причинах Синопского сражения. Боюсь, однако, что его патриотичному редактору она не придется по нраву. Дело в том, что Синоп состоялся благодаря неукротимому желанию адмирала Корнилова «свалять дело наподобие Наварина», одержать наконец-то большую победу, соответствующую адмиральскому рангу, а статья о его ошибках, каковые и привели к Синопу.

А ведь если бы не его непомерное честолюбие, эскадру Осман-паши могли разгромить в море, а не в Синопе, попутно спалив весь город. От чего настоятельно предостерегали европейцы, получившие искомый casus belli. Так пожар Синопа аукнулся разгромом Севастополя. Но ведь имена Корнилова и Нахимова в России священны, поэтому критиковать их ошибки категорически не рекомендуется.

Интересна ли будет украинскому читателю эта тема? Думаю, да. Ибо еще за два с четвертью века до Нахимова с Корниловым гетман Сагайдачный брал штурмом Синоп, а хозяевами Чёрного моря в то время были отнюдь не турки, самонадеянно считавшие его своим внутренним озером, а казаки, запорожские и донские. Писал как-то об этом вместе с Сергеем Махуном в «Зеркале недели».

Да и Крымская война шла в основном на территории Украины. И еще потому будет украинцам интересна эта тема, что до 70% личного состава Черноморского флота составляли украинцы, здоровые, умелые, энергичные и сообразительные, что отмечали многие, включая Бунина, в отличие от зашуганных крепостничеством жителей центральных русских губерний, к морю и свободе непривычных.

Кстати, с подобными проблемами столкнулся и адмирал Осман-Паша, противник Нахимова в Синопе, набирая экипажи на свои фрегаты и корветы. Будь у него в командах не анатолийские горцы-селяне, новобранцы, никогда в жизни не видавшие моря, а опытные моряки и артиллеристы, кто знает, как обернулся бы ход сражения.

И все же о Синопе в следующий раз, а пока о королеве Виктории. России надрали задницу в той войне во многом благодаря ей, считавшей эту войну личным делом. История её неприязни к России романтична, поучительна и заслуживает упоминания, кое что проясняя в англо-русских отношениях. Царь побывал с визитом в Англии в июне 1844 году. Он желал говорить с королевой и её министрами об острых международных проблемах, разделявших державы, и внешне пребывание его в Англии выглядело торжественно. Королева, будучи дамой хорошо воспитанной, расточала любезности, и Николаю даже показалось, что они с Викторией стали друзьями. Но он тешил себя иллюзиями. Она была молода (25 лет), хороша собой и весьма неглупа, Николай же и в свои под пятьдесят не чрезмерно тяготился мудростью. Формальные знаки внимания он воспринял как расположение к нему лично, тогда как в действительности Виктория, проявляя светскую учтивость, не питала к нему добрых чувств.

Дело в том, что во время визита его сына и наследника, будущего императора Александра II в Лондон в 1839 г. у неё с ним возникли взаимные пылкие романтические чувства. Всё было настолько серьёзно, что наследника едва ли не силой увезли на родину! По приказу государя. Возможно, именно этого и не могла простить царю и России Виктория.

К тому же она, прекрасно понимавшая интересы своей страны, не могла не противостоять претензиям России. И неудивительно, что во время визита, а особенно после него она не скупилась на нелестные отзывы. Так, своему дяде, королю Бельгии Леопольду I, Виктория писала о Николае I, что «выражение его глаз страшное». В царе она не почувствовала джентльмена, а увидела лишь человека недалёкого ума, нецивилизованного, круг интересов которого ограничен армией и политикой. Что ж, следует отдать должное её проницательности. Хотя царь изо всех сил старался произвести хорошее впечатление.

«В продолжение своего кратковременного пребывания в Лондоне Император Николай I решительно всех обворожил своею рыцарскою любезностью и царским величием. Он не только очаровал своею сердечною любезностью королеву Викторию, ее супруга и наиболее выдающихся государственных деятелей тогдашней Великобритании, с которыми он старался сблизиться и вступить в обмен мыслей. Он не только делал визиты дамам высшего английского общества, как леди Пиль, Пальмерстон, Каннинг, Кланрикардт и другие. Но он также производил огромное впечатление на английский народ, толпы которого его провожали на улицах с изъявлениями своего восторга. На английское общество произвела громадное впечатление царская щедрость русского Государя. Он передал герцогу Веллингтону 500 ф. ст. на памятник Нельсону; он столько же пожертвовал на ежегодный приз на Аскотских скачках, на которых он лично присутствовал. Другие значительные суммы были пожертвованы им на разные благотворительные и общеполезные учреждения в Англии».

«Император Николай I, само собою разумеется, осчастливил также герцога Веллингтона своим посещением и показывал, при всяком случае, особенное к нему уважение. Он с ним беседовал о всех текущих политических вопросах и искренне удивлялся свежести памяти и силе логического мышления маститого старца.

Особенное удовольствие по случаю посещения Царем Англии выражал сэр Роберт Пиль (его сын станет героем осады Севастополя – Ю.К.). Он был виновником этого знаменательного события и оно случилось во время его министерства. Сверх того, Император оказывал ему лично совершенно исключительное внимание и чрезвычайно лестное доверие, беседуя с ним откровенно о будущей судьбе Оттоманской империи. Еще большее впечатление произвел Император на лорда Эбердина, который с того времени стал убежденным поклонником русского Царя и искренним защитником русской политики. Лорд Эбердин сказал барону Бруннову, что отныне он вполне верит в Императора и в его политику». (Собрание трактатов и конвенций, заключенных Россией с иностранными державами. Т. XII. Трактаты с Англией. СПб. 1898. С. 232-238.).

Царь щедро раздавал комплименты, интересовался музеями и техническими достижениями, подробно ознакомился со строительством нового здания парламента, проект которого нашёл великолепным, и попросил подарить ему чертежи. Англия была включена в число стран, в которых стажировались лучшие ученики Академии. Царь пригласил в Россию нескольких инженеров и архитекторов. Он даже назвал один из своих пехотных полков именем Веллингтона.

Но всё связанное с Россией вызывало у королевы стойкую антипатию. И когда началась Крымская война, она не только поддержала военные действия против России, но и подчёркивала, что это её личная война. Ей богу, лучше бы Николай благословил сына на брак с Викторией! История мира и особенно России от этого только выиграла бы. Возможно, история Украины тоже.

Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов. Мнение редакции может отличаться от авторского.

Источник: www.obozrevatel.com